Таганрогский государственный педагогический институт
                   
   
   

Круглый стол ««Вишневый сад» на таганрогской сцене» (в рамках спецсеминара «Проблемы своеобразия художественного мира А.П. Чехова»)

2 марта в рамках спецсеминара Е.В. Секачевой прошел круглый стол «“Вишневый сад” на таганрогской сцене», на котором студенты 5 курса и преподаватели факультета русского языка и литературы обсудили постановку З. Нанобашвили.

Е.В. Секачева
Е.В. Секачева

В мероприятии участвовали декан факультета русского языка и литературы О.А. Кочергина, редактор «Вестника ЦИТЧ» Т.В. Скрипка, куратор проекта «Культура» О.А. Яковлева и другие преподаватели.

Обсуждение открыла Е.В. Секачева, предложив следующие направления беседы:

  • история постановки пьесы «Вишневый сад»;
  • режиссерская интерпретация литературного материала;
  • актерские работы;
  • сценография, костюмы;
  • музыкальное оформление спектакля;
  • своеобразие авторской трактовки финала и жанровое решение пьесы
Т.В. Скрипка
Т.В. Скрипка

Т.В. Скрипка выступила с рецензией «Дети вишневого сада»:

«Ведущей в содержательной основе постановки стала тема детства. Хрупкая, легкая Раневская в исполнении Т. Шабалдас стремительно вбегает на сцену и восторженно признается в любви своей детской, саду, родине, словно и не было бед и разочарований, смерти сына и мужа, горьких парижских лет.

Молодой наивностью и романтической восторженностью пронизаны монологи не только юной Ани, но и зрелого Гаева в исполнении заслуженного артиста России А. Топольскова. Знаменитое обращение к «многоуважаемому шкафу» звучит в его устах очень искренне.

Тему неутраченного, пронесенного сквозь годы детства развивает сцена, в которой Варя убаюкивает засыпающую Аню. Она берет на руки семнадцатилетнюю девушку, укачивая ее, как младенца. В финале спектакля уходящие в новую жизнь владельцы имения, «прекраснее которого ничего нет на свете», не могут расстаться с вещными знаками своего детства: Раневская держит в руках куклу, а Гаев ведет за собой деревянного коня.

Сцена из спектакляТаганрогский драматический театр им. А.П. Чехова

Герои чеховской пьесы существуют в пространстве большой детской, в которой есть свои «отцы» и «дети». Двадцатичетырехлетняя Варя и Лопахин, который моложе Раневской, – единственные взрослые здесь. Симеонов-Пищик, несмотря на солидный возраст, продолжает верить в чудеса, и его надежды сбываются: англичане находят на его участке белую глину и платят ему деньги за аренду. Раневская легкомысленно надеется до окончания торгов на благоприятное разрешение вопроса с имением. Тоскуя об утрате вишневого сада, возвращается, однако, в Париж проживать деньги ярославской бабушки. Из этого заколдованного круга удается выйти лишь Ане, которая уходит в новую жизнь.

Т. ШабалдасА. ТопольсковС. Герт

Среди «больших детей» наставниками-менторами выглядят Лопахин, представляющий готовый рецепт спасения, Трофимов, который, несмотря на свой имидж недотепы, «учит» дворян жить. Законы библейского сада-рая таковы, что время течет в нем по особым законам: поезд опаздывает, в два часа ночи уже светает.

Н. БашлыковаМ. КушниковВ. БабаевИ. Савченко

Удачными являются актерские работы исполнителей не только главных, но и второстепенных ролей: Н. Башлыковой (Шарлотта Ивановна), М. Кушникова (Яша), В. Бабаева (Фирс), И. Савченко (Дуняша).

Герои второго плана действительно становятся искаженными зеркалами центральных персонажей: Шарлотта Ивановна и Дуняша отражают Раневскую, Яша – Гаева.

Интересным представляется сценическое решение второго действия, когда пространство сцены драпируется зеленым полотнищем, которое символизирует и сад, и новую жизнь, окрашенную в цвет надежды. Черно-белые цвета костюмов последовательно чередуются, олицетворяя траур по былому и скорое расставание с родиной, ее окончательную утрату в финале действия. В белом цвете мужских пальто и женских платьев отражается вишневый сад, который легким намеком дан в свете софитов. Белая драпировка последнего акта, как саваном, накрывает всех героев, которые уходят в никуда. В банковскую карьеру Гаева не верится, впрочем, как и в счастливую жизнь Ани с Петей.

К удачным режиссерским находкам следует отнести обыгрывание важных предметов вещного мира чеховской пьесы. В старом шкафу навсегда засыпает реликт эпохи крепостного права старый лакей Фирс. Интересным представляется и звуковое оформление спектакля. Помимо знаменитого звука лопнувшей струны во втором акте и ударов топора в четвертом действии, режиссером используется эффект эха. Многократно усиленные, монологи Лопахина звучат как голос Сатаны, разрушающего прекрасный божий мир. Свои слова купец произносит у рампы, обращаясь в зрительный зал, словно совершает обряд черной мессы, заклиная дьявольские силы.

Заявленный жанр комедии перерастает в режиссерской трактовке З. Нанобашвили в мистерию о детстве человечества, дьявольском искушении и библейской истории утраты рая».

После обсуждения рецензии была открыта свободная дискуссия, фрагменты которой мы представляем.

А. Васильева
А. Васильева

А. Васильева: «Наибольшее количество вопросов вызвало у меня распределение ролей. Так, в роли Раневской я вижу Н. Башлыкову (в спектакле З. Нанобашвили она играет Шарлотту). Молодость актрисы, на мой взгляд, мешала объективному восприятию характера чеховской героини. Другим мне видится и Гаев».

Е.В. Секачева: «Вы знаете, что изначально этот спектакль вел ныне ушедший от нас А. Иванов. З. Нанобашвили намеренно изменил распределение ролей, что было связано с режиссерской интерпретацией литературного материала и пониманием характеров чеховских персонажей».

А. Куликова
А. Куликова

А. Куликова: «Наиболее яркими мне показались работы В. Бабаева (Фирс), М. Кушникова (Яша), Н. Башлыковой (Шарлотта). Поразило мастерство актерской пластики и жеста. Любое движение на сцене становилось знаком, выражающим состояние души персонажа. Необычайно сильной в этом плане представляется сцена покаяния коленопреклоненной Раневской (Т. Шабалдас)».

Т. Мышанская
Т. Мышанская

Т. Мышанская: Я обратила внимание на знаменитые диалоги «глухих» – свидетельство разъединенности героев. Каждый герой «ведет свою тему»: Варя говорит о хозяйстве, Епиходов – о своих несчастьях, Пищик – о долгах. Поэтому актеры очень часто обращаются со своими репликами к залу. Особую роль играют паузы, подчеркивающие вялость персонажей, замирание жизни, обрыв темы, провал коммуникации. Все эти особенности поэтики драматургии Чехова З. Нанобашвили удалось успешно подчеркнуть.

А. Горбунова
А. Горбунова

А. Горбунова: «Вызывает сомнение скороговорка, которой произносят свои монологи Гаев и Петя Трофимов. Возможно, таков был режиссерский замысел для снижения патетики речей, однако мне он не показался оправданным. Безусловным достоинством спектакля я считаю работу художника по костюмам. Черно-белая гамма не только оттеняет важные аксессуарные детали (украшения, сумочки), но становится своеобразным колористическим «кодом судьбы» персонажей «Вишневого сада». Обращает на себя внимание точное воспроизведение колорита эпохи. По-чеховски выразителен чайный сервиз, который чуть не роняет Гаев».

А. Стрелкина
А. Стрелкина

А. Васильева: «Интересно, на мой взгляд, обыграна в спектакле и другая важная чеховская деталь – шкаф. Подобен шкафу и огромный черный чемодан, который выносит на сцену лакей Яша. Продолжают этот образный предметный ряд зачехленный чемодан Ани, ее черная дорожная сумка, маленькая ажурная сумочка Раневской и т.д. Вещный мир персонажей очень важен для понимания общей концепции спектакля. З. Нанобашвили удачно использует прием одухотворения игрушки: старая кукла Раневской, детская лошадка Гаева становятся для героев источником впечатлений, переживаний раздумий, соотносятся с личным, памятью».

О. Дущенко
О. Дущенко

А. Стрелкина: «Особенно сильный эмоциональный отклик вызвала финальная сцена, когда Фирс укладывается в шкаф и укрывается, как саваном, драпировкой. Человек, имеющий опыт потерь, безусловно, не может остаться равнодушным к этому эпизоду».

Спецсеминар Е.В. Секачевой
Спецсеминар Е.В. Секачевой

О. Дущенко: «Интересным является музыкальное оформление спектакля. К постановке была специально создана и записана оркестровая музыка, которая очень удачно составила главную лирическую тему «Вишневого сада». А вот сценическое оформление второго действия (ярко-зеленая драпировка, разноцветные фрукты, вино и т.д.) вызывает вопросы. Точное прочтение ремарок иногда совершенно необходимо, т.к. это наиболее верный способ услышать авторский голос в драматическом произведении».

В качестве домашнего задания участникам спецсеминара было предложена творческая работа: составить «Замечания для господ актеров» и сравнить их с рекомендациями автора «Вишневого сада».

Студентка 5 курса
факультета русского языка и литературы
А. Васильева.
   

контакты

Телефоны факультетов, кафедр и структурных подразделений ТГПИ имени А.П. Чехова

 

 
   
  Дизайн-студия cCube.ru Разработка сайта Разработка
cCube.ru